telemedecina2

Текст Алексей Сидоренко | 07.02.2012

В прошлом сюжете мы рассмотрели социальную сторону мирового тренда под названием «телемедицина». Теперь попробуем взглянуть на объект нашего исследования, с коммерческой точки зрения. Попытаемся определить, как в медицине сходятся колонки «дебета» и «кредита».

Конечно, прежде чем строить планы по завоеванию какого-либо рынка, необходимо изучить его самым тщательным и добросовестным образом. И тут, пытаясь «примерить» на себя роль «акулы телемедицины» в наших российских условиях, мы понимаем: «не так сидим». Наш рынок еще слишком тяжеловесен и консервативен для того, чтобы необходимыми темпами привлекать гибких и мобильных западных инвесторов в такую «бюджетную» и стереотипно некоммерческую отрасль, как отечественная медицина. Конечно, определенным «сигналом» для западных корпораций и смелых отечественных предпринимателей служит потенциальная аудитория данной услуги. Ведь порядка 3 млн. человек составит только категория людей с заболеваниями системы кровообращения (т.н. «сердечники»). Вопрос здесь заключается лишь в том, готовы ли россияне, изменив своей привычке таскаться по врачам, сделать выбор в пользу инновационных технологий телемедицины. В данном случае мы сталкиваемся с инертностью моделей потребительского поведения. И это довольно серьезный вопрос, ведь ментальные барьеры – самые прочные препятствия на пути внедрения продукта/технологии в широкое пользование.

Трудность также состоит в «пакетном» обслуживании клиентов в рамках данной специфической коммерческой области. Так, клиент центра телемедицины, предположительно, должен будет заключить договор с центром мониторинга, в который войдет, как минимум, следующий перечень услуг:

— постоянная месячная оплата за услуги центра

— плата за аренду приборов, если пациент их арендует — отдельно

— оплата выезда сестры (инъекции) или врача / бригады скорой помощи на дом.

Что и говорить, для того, чтобы позволить себе такой уровень сервиса, необходимо иметь соответствующий достаток. И это второй по значению фактор риска для внедрения телемедицины в России: материальное неблагополучие основной массы населения.  Конечно, нельзя не отметить, что «ветреность» позиции российской Думы, регулирующей нормы в области здравоохранения, неквалифицированность медицинского персонала и высокий уровень коррупции в этой сфере также являются «факторами-страшилками» для тех, кто хотел бы связать свою бизнес-историю с частной телемедициной. Эти опасения не фантомные: они базируются на реальной почве. Будем, тем не менее, откровенны, данная сфера предъявляет высокие требования не только к предпринимательскому климату, (который, естественно, должен быть адекватен для ведения подобного рода бизнеса), но и, к самим бизнесменам, решившим предоставлять подобные услуги населению.

Бизнесмен должен быть готов обеспечить постоянный удаленный мониторинг состояния пациента 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, все процедуры должны выполняться с применением соответствующей техники. Кроме того, данный «стандартный» набор услуг центра телемедицины включает в себя формирование, отслеживание выполнения и оперативную корректировку лечебного плана, а также, разумеется, экстренный выезд к пациенту – в случае необходимости. Посещения больного должны происходить не реже 2 раз в неделю (а при необходимости – сколько требуется), должен поддерживаться постоянный телефонный контакт– телефонная беседа с медработником (сестрой) с целью описания субъективного состояния здоровья пациента. Это очень серьезные нормы, и отечественным предпринимателям придется серьезно потрудиться, чтобы безукоризненно им соответствовать.

Конечно же, одним из самых важных пунктов в процессе возникновения телемедицинской отрасли в России, являются фиксированные зарплаты, уровня «выше среднего» (врач будет получать ориентировочно – 45 тысяч рублей, а сестра/секретарь — 20). Врач, медсестра и секретарь будут составлять одну единицу (бригаду), способную без сбоев обслуживать до 70ти клиентов. А самая приблизительная цифра, эквивалентом в 1 тысячу долларов, будет соответствовать среднему комплекту периферийного оборудования. Естественно, чтобы иметь шанс на выживание на современном российском рынке, предприниматели будут вынуждены добиваться привлечения к своей структуре более одной тысячи пациентов, в то время как цена услуг будет составлять примерно 100 – 150 долларов в месяц за обслуживание. В чистой теории, прибыль, полученная на аренде периферийного оборудования, должна составить около 750 тыс. руб. в месяц. Однако при этом реализация данного начинания может быть успешной только в крупных индустриальных городах России, где общее количество населения в обязательном порядке даст Телемедицине надежную и постоянную клиентскую базу.

Таким образом, «при прочих равных» (т.е. при условии преодоления всех подводных камней в этой области), телемедицина может дать руководителю бизнес-стартапа до 50% процентов годовых, что позволит окупить капиталовложения за 2 года. Остается открытым только один вопрос: когда, наконец, российская модернизация создаст благоприятные условия для такого рода бизнес-проектов. Учитывая, что даже Украина активно внедряет на своей территории элементы телемедицины, перед Россией должна быть поставлена задача по наверстыванию упущенных возможностей в самые ближайшие сроки, чтобы не терпеть репутационных потерь от сравнения с государствами, которых невозможно назвать даже региональными державами.

Благодарим Григория Барщевского за предоставленные материалы.

Телемедицина. Социальная составляющая. Ч. 1