35cece146b517487041367324a40978c

Текст Александр Касакин | 18.11.2013

Уже десятый год в середине лета где-то за городом люди разных возрастов, профессий собираются, чтобы поговорить и послушать про физику, журналистику, чечевицу, Россию и творчество Сергея Довлатова: обо всём том, что раньше хотелось узнать, но как всегда было не у кого спросить. Весь этот шабаш зовется – Летней школой журнала «Русский репортер».

YouTube Трейлер

Богемой окружён

Лагерь «Волга» в Тверской области стоит на краю лесополосы. На въезде короткий ряд парковки. Сосны, ярко цветные домишки, повсюду качели. Территория большая: сойдёт по размерам за городской парк. Кстати, Волга, которая река, тут недалеко.

По слухам, в советские годы здесь часто собирались учёные мужи. Потом были ещё пионеры. Последние настенные следы их пребывания датированы 2000 годом. Нынче же «Волга» пустует: пожарный «Зил», в центре лагеря, не заводится; мангалы ржавеют. Ощущение, как от заброшенного полигона. Жутковато.

Но всё меняется, когда приходят они: 500 с лишним хипстеровегетарианцев с богатым внутренним миром – фриков, короче. Они разбили палатки, организовали быт, шумят, не спят – «Волга» ягодка опять. Но вот «Зил» завести так и не смогли.

35cece146b517487041367324a40978c

FAQ: что где лежит и как этим пользоваться

Просыпаешься обычно с насморком и муравьями. По ту сторону тента сыро: погода не в настроении уже всю неделю. К девяти утра дежурные кашевары наварили 200 кг. отменной пшёнки и овсянки, ждут тех, кто не привык пропускать завтрак. Но таких всегда не много, на завтраке нет очередей. Добавки? Не вопрос.

Пытаться найти свою тарелку – без толку, а про привезенную ложку можно забыть, если посуда попала в общий замес – это уже не совсем твоя посуда. Кстати, насчёт чистоты: 12 человек против сервиза на 500 персон… Ручками-ручками. Это похоже на мытьё какого-нибудь бегемота: скользко, мокро, местами опасно. На всё про всё есть несколько часов и несколько ушатов с водой, плюс вода из шланга. В общем, на словах не объяснить, тут попробовать надо.

Некоторые успевают утром сходить в душ. «Душ» – большая армейская палатка, в которой тепло благодаря дровам и печке буржуйке. Ничего страшного, если слезятся глаза. Таких палаток долгое время было всего две. Они всегда были заняты, и угадайте кем? Парни в этом плане ясно осознавали своё меньшинство. Потом появилась третья палатка и ещё пара душей, но ситуация не изменилась.

92cfcb8f-540a-4181-85b1-5cc99e341f10

Век живи

Учебная аудитория – небольшая комнатка. Когда нас человек 15, становится тесновато, хотя никто не жаловался. Моя лаборатория называется «Текст». Читаем авторов, учимся различать стиль и его воспроизводить, но уже в новой форме. И могу сказать, то, что мы делали – чистая беллетристика. Многим это покажется занятием совершенно не нужным, этих людей мы к себе и не зовём. Ты должен быть из другого теста.

Способность фантазировать: прокручивать кадры, плести сюжет, подбирать оттенки. Чувство языка: смотреть на текст со стороны, вкладывать смыслы, которые, как получается, понятны только тебе. Не помешает щепотка тщеславия: желание выделиться, понравиться, намеренно сделать не как у всех.

Думать без остановки по нескольку часов ради 10 предложений – так обычно проходил мой рабочий процесс. От такого спишь очень крепко. «Текст» даёт возможность писать так, как хочешь, и тебя при этом будут слушать, оценивать и говорить, что не так. Вот в этом вся ценность лаборатории «Текст». Ну, а ценность всей Летней Школы – возможность знакомиться. Все здесь открыты для общения. Я давно грезил просто пообщаться с человеком из «Русского репортера».

Наш преподаватель – Ольга Андреева, мы её зовем ласково Соней. Она чем-то напоминает мне мою первую учительницу: овальчики очков, небольшой рост, добрые глаза и хочется так много у нее спросить, ведь я столько не знаю. Соня – корреспондент «Русского репортера».

92cfcb8f-540a-4181-85b1-5cc99e341f10

И спросила кроха

Опираясь плечом на дверной косяк, стою возле порога. Слушаю лекцию Лейбина. Интересно. Часто оглядываюсь в сторону угла: вот-вот из-за него выйдет мой первый   респондент. Вечером договорились пообщаться с Соней.

Вижу: появляется она. Двадцать метров до курилки, сейчас здесь толпа: дымят, разговаривают, матерятся. С ужасом ловлю себя на том, что забыл вопросы, которые заготовил ещё неделю назад.

Летняя школа для тебя – отдых или работа?

Ну, конечно, это работа, которая требует очень большого напряжения. Но это тот род деятельности, где ты так много получаешь в ответ и… наверное, очень повезло, что мы обнаружили такую область, которая полностью исчерпывает твои человеческие вопросы. Потому я не понимаю разницу между словами «отдых» и «работа».

Журналистику и вообще процесс создания текстов нельзя назвать только работой. Это то состояние сознания, при котором ты ощущаешь себя живым, живущим – тогда это отдых.

Здесь никто не работает, и никто не отдыхает – здесь все живут. Это – отдельная форма существования. Всё очень пафосно звучит, но как есть. Сначала всё-таки тексты и журналистика, а потом преподавание – такая форма реализации очень важна. И спаси нас бог от всякого самолюбования.

YouTube Трейлер

На лекции далеко не всегда можешь сформулировать мысли внятно и последовательно. Отвратительное косноязычие приносит стыд и ощущение большого несовершенства. Это, во многом, движение на ощупь. Я очень рада, что находятся ребята, которых захватывает, всё это, движение вперед вслепую, и разделяют наш азарт, нашу заинтересованность.

Сонь, а есть ли такое: целый год идет привычный рабочий цикл, а потом вдруг лето, Школа, смена деятельности и окружения; получаешь разрядку?

Ко